Как я столкнулся с сектантами (Манипуляция сознанием, часть I)
Мне было шестнадцать, когда я впервые столкнулся лицом к лицу с сектантами. Не знаю к какой секте они принадлежали, но эффективность их работы по установлению контроля над присутствующими удивляет меня до сих пор.

Представьте ситуацию: собрались у одноклассника праздновать день рождения. Нас было человек пятнадцать, примерно половина — парни. В основном закалённые в уличных драках, не раздумывая пускающие в ход самострелы, ракетницы или ножи (типичный арсенал ереванских хулиганов конца 80-х — начала 90-х). В общем, не робкого десятка.

Сидим за столом, празднуем, вдруг в комнате появляются мужчина и женщина средних лет — знакомые родителей одноклассника. «Կներեք, թույլ կտա՞ք մի երկու խոսք ասել» («Извините, разрешите сказать пару слов?») — мягким голосом спрашивает мужчина. Естественно, что ни один воспитанный армянский школьник просто не в состоянии отказать такой просьбе взрослого. И он начинает говорить. Пять минут, десять, двадцать. Все молча слушают, праздничная атмосфера улетучивается (кстати, я вообще не могу вспомнить о чём он говорил). Проходит пол-часа, я начинаю понимать, что это не простое занудство. От первоначальной мягкости не осталось и следа, тон говорящего стал агрессивным, речь всё больше походит на речетатив, можно даже такт отбивать под неё.

Парень по имени Гевор (отчаянный хулиган, отсидевший позднее несколько лет не помню за что) пытается что-то возразить. Оратор резко и бесцеремонно затыкает ему рот какими-то бредовыми фразами и продолжает толкать свою речь. Не могу поверить своим глазам: обычно Гевор за такое порвать может, а тут он растерянно умолкает. Прошел час: мужчина продолжает говорить не сбавляя темпа. Происходящее сильно напрягает, я встаю и демонстративно выхожу во двор — плевать, что не принято так делать, когда говорят взрослые. Через некоторое время спускается еще один мой одноклассник (его зовут Маис — отличник и редкий циник). «Ախպեր, էս ի՞նչ ա կատարվում» («Брат, что происходит?»). Я отвечаю: «Չեմ ջոկում, բայց ծնունդը քաքմեջ արին» («Не могу разобрать, но день рождения испорчен»). Мы всё еще думаем, что незванный гость скоро отболтается и уйдет, и решаем прогуляться по окресностям.

Возвращаемся. С момента вторжения сектантов прошло уже два часа, но мужчина продолжает вещать, как ни в чем не бывало. Мои одноклассники неподвижно сидят потупив взоры. Оратор всё чаще и чаще бросает какие-то обвинительные фразы в адрес Гевора, который лишь тупо молчит в ответ, только лицо красное. Родители одноклассника сидя на кухне, не вмешиваются. Мы оба опять выходим во двор, будучи, мягко говоря, в шоке. Опять делаем круг по окресностям. Возвращаемся, слышим крики. Гевор сидит в кресле, из него изгоняют дьявола. Он мечется, кричит, на щеках слёзы, сектант навис над ним, методично выкрикивая какую-то фигню, якобы на латыни. У двоих одноклассниц истерика, полный отрыв от реальности. Рыдания, мотают головами в такт... Остальные безвольно глядят в пол и молчат. Спутница «экзорциста» подходит к одной из истерящих девушек и говорит: «Не бойся, сейчас из тебя тоже изгоним дьявола».

На этих словах у меня сносит крышу. Начинаю материться, кричу, что проломлю башку любому, кто попытается приблизиться к Армине. Сектант пытается прервать меня так же, как ранее Геворка, но я ему говорю, куда он может засунуть свои реплики. Одновременно Маис хмуро подходит к нему с сжатыми кулаками. Сектант меняет тактику и пытается заболтать цитатами из Библии, одновременно накачивая свой голос какой-то давящей агрессией. К его глубочайшему разочарованию оказывается, что с Библией я знаком, а агрессия меня не только не подавляет, а наоборот раздражает. Ситуация быстро выходит из под его контроля. Я и Маис выводим двух пострадавших девушек на улицу, они всё еще в отключке. Если вам доводилось видеть наркоманов, у которых bad trip — выглядели они как жертвы бэд трипа.

Маис возвращается в квартиру. Постепенно один за другим начинают выходить другие мои одноклассники и помогают приводить пострадавших в чувство. Я поднимаюсь в квартиру, сектантов нигде нет, кто-то пытается успокоить Геворка, родители одноклассника наконец вышли из кухни и тоже пытаются всех успокоить.

* * *

Еще один эпизод. Примерно в тот же период был у меня знакомый — парень тоже крайне крайне циничный, бесжалостный, постоянно задействованный в каких-то тёмных делишках, не верящий никому и ничему. И вдруг, в один прекрасный день он начинает заливать мне про какого-то шведского чудотворца, который поднимает паралитиков из инвалидных кресел, исцелят смертельно больных одним прикосновением и так далее. В контексте кашпировских да чумаков, буйным цветом цветущих в те времена на ТВ, это было нормальным. Но он был последним человеком, от которого я ожидал такое услышать. «Он исцелил кого-то из твоих знакомых?» — спрашиваю. «Ты мозги включи» — отвечает он мне — «он же в Швеции, какие нахрен знакомые?!» (Ага, оказывается это я должен мозги включать...). «А откуда ты знаешь про эти чудеса?» — справшиваю в ответ. «Мне знакомый на видео показал». Меня как кувалдой по голове ударили: «То есть ты эту чепуху всего лишь по видику смотрел?» Он тоже начинает терять терпение: «Ара, какая чепуха, я сам своими глазами видел!!!»

Даже сейчас, будучи более-менее наслышан об основных приёмах манипулирования сознанием, для меня остаётся загадкой, как попадают под влияние именно те люди, от которых меньше всего такое ожидаешь. Как мгновенно сносятся защитные барьеры и фильтры у людей, которые до этого сами могли кого угодно обвести вокруг пальца.

Продолжение: Всех впускать, никого не выпускать (Манипуляция сознанием, часть II