The Promethean agenda continued, during World War II, to interest other countries, including Germany (especially in regard to Ukraine), Finland (struggling with the Soviet Union), France and the Soviet Union's neighbor, Turkey.[47]

On November 22, 2007, at Tbilisi, Georgia, a statue of Prometheus was dedicated by Georgian President Mikheil Saakashvili and Polish President Lech Kaczyński.

История армянского Львова, по-моему, столь же интересна, сколь малоизвестна. Ведь, например, все знают, что на улице Армянской никаких армян нет, как и на других окрестных львовских улицах. То есть была мощная армянская община, которая испарилась. Жили-были львовские армяне, да куда-то подевались, причем давно — вот и вся история.

...

[Далее про книгу Симеона Лехаци:] глава, названная «Описание города Львова», повествует про Львов армянский. Львовские церкви и монастыри, школы и жилые дома у Симона Лехаци населены армянами. Быт и нравы горожан — это армянские быт и нравы. Правда, в конце главы автор как бы спохватывается и добваляет небольшой параграф «Жители города», который так мал и так интересен, что считаю уместным привести его целиком: «Поляки — хорошие христиане; впрочем, русов вдесятеро больше, чем поляков, они греческого исповедания и подчиняются константинопольскому патриарху, а поляки — папе. Там много различных еретиков, которых зовут лютеранами, есть и ариане и другие зловредные богохульники, коих 14-15 сект одна другой злее; не то что законы и веру, но даже имени их не следует упоминать. Они хуже евреев и мусульман. В этой стране совсем нет греков, только в Львове живут две-три семьи греков». Тут описание города Львова заканчивается и автор переходит к его окрестностям. Хотя параграф называется «Армяне в городах Польши», речь идет почти исключительно о том, что сегодня именуют Западной Украиной или Галичиной. Каменец, Язловец, Замостье, Луцк — вот центры расселения армян в начале XVII века.

...

Дальнейшая история львовских армян, повторюсь, для меня темный лес. Кое о чем, правда, можно догадаться и из труда Симеона Лехаци. Так, говоря о недавнем прошлом, он пишет, что одни львовские армяне «владели селами, а другие — угодьями и поселками; однако теперь владельцы перешли в иной мир и села достались другим, впрочем, армянские названия сел еще сохранились». В тех центрах армянского расселения, о которых сказано выше, численность армян сокращается, а иные армянские села и вовсе разрушены, «видны только их остатки, а почему уничтожены, не знаю, — пишет автор. — Полагаю, что за грехи или из-за проклятия святых отцов, ибо все народы растут и умножаются, а мы исчезаем и уменьшаемся». Теперь бы это назвали ассимиляцией, либо миграцией, но от ученых слов толку мало, это я давно заметил.